100 views

Возвращение в невозвращаемое (Часть 14)

Его просто выставили за дверь! Со слезами, по всей видимости, вопреки своему желанию, но просто выставили за дверь!
С пустой головой, с занозой в сердце, с огромным булыжником на душе, он вышел на улицу, сел в машину, и долго сидел в ней, не понимая совершенно, что ему дальше делать, куда ехать, как вообще жить дальше. Права ли она была? Скорее всего права. Она хорошая, молодая, красивая, милая девчонка, и он, немолодой уже, потертый самец, связанный давно семейными узами. Зачем он ей?
Поиграться? К чему потрепанная игрушка, если вокруг столько холеных и лощеных, которые бы за счастье посчитали иметь хоть какое-то отношение к ней.
Маразм!
Вместо того, чтобы достать свежий кусок колбасы, поднять с пола кем-то уже надкусанный кусок, который в любое время может быть отобран кем-то другим.
Все правильно!
Она поступила правильно! Только не надо было бы заканчивать все тем, что произошло прошедшей ночью. Эта ночь усугубила его, и без того не очень радужное состояние. Как теперь вырваться из сетей воспоминаний о тех ощущениях, как телесных, так и душевных, которые он испытал в ее объятьях.
Мысли толкались, слипались, рвались на куски, но ничего стройного в голове не складывалось. Никакого решения в голову не приходило. Надо сегодняшний день просто переболеть. Надо вычеркнуть его из жизни любым способом. А как? Водка? А почему бы нет? Напиться, забыться, уснуть. А там… А там будет другой день, не отличающийся от сегодняшнего, но он будет только завтра. Завтра будет завтра. Завтра и будет решать, как ему жить завтра. А сегодня к черту все!
Он глянул на часы и ахнул. Время было почти семь часов вечера, получается, что в машине он просидел больше шести часов.
Он завел машину, поехал, мимо того магазина, где они впервые встретились. Остановился. Зашел. Пара бутылок водки. Нет, бутылку водки, бутылку коньяка, нет, пропивать свое счастье так уж в компании с благородными, с дорогими напитками, какое счастье, такие и напитки, две бутылки коньяка. А зачем ему два коньяка, водку он больше уважает. За себя водкой, за Инну коньяком. Мандарины. Он горько улыбнулся. Ее любимые. Взял, прихватил еще коробку шоколадных конфет и какие-то там сэндвичи.
Номер в гостинице уныл и тосклив. Полный стакан водки не скрасил его углов. Второй стакан пошел вдогонку за первым. Не полный половину. Не хватает воздуха, на балкон!
— Эй, молодой человек! Скучаем? Я сейчас поднимусь, скрашу одиночество.
Он не успел разглядеть кому принадлежит нежный женский голос, не успел обдумать того, что сказали, не успел ответить ни «Да», ни «Нет», на пороге номера стояло некое чудо в короткой юбке с пышной копной светлых волос.
— Ну что вы столбом стоите, предложите девушке сесть, предложите выпить. Фу, как пошло, водка. Коньяк? Ну что вы? Мартини, шампанское…
Девушка взяла трубку телефона.
— Принеси пожалуйста в номер мартини и шампанское.
Он, допив водку, сидел в кресле, и осоловевшими глазами смотрел на сидевшую напортив его девушку с бокалом мартини в руке. И сравнивал ее с Инной. Хороша, ничего не скажешь, хороша! Но не заиграет каждая клеточка ее тела под его руками, не издадут ее легкие тех нежных, но страстных вдохов и выдохов, не забьется жилка у нее на шее, не… Да все не то, к тому же еще пошло, вульгарно и грязно.
Она поняла его взгляд по-своему, поднялась, подошла ко нему, села на колени, прижалась пышной грудью к его лицу. Дорогие духи ударили в нос, вызвав страшную брезгливость. Он резко встал, девушка отскочила в сторону.
— Ты чего?
— Пошла вон!
— Чего?
— Вон пошла!
— Козел! Урод! Импотент!
Хлопнула дверь. Он допил водку и упал в кровать.
Утро было страшным. Ко всему прочему он не нашел бумажника с приличной сумой денег и кредитной карточкой. Когда эта … успела его украсть, он не знал или не помнил. Бумажника не было. Бак полупустой. С пустыми карманами до дома он не доедет.
Мысли пуще вчерашнего вертелись в голове, с ними он залез в ванну.
Господи! А вот и повод для новой встречи! Других знакомых у него в городе нет. К кому ему еще обратиться за помощью?
— Кто? — раздалось в домофоне.
Этот голос его сводит с ума.
— Я.
Щелкнул замок, ни дополнительных вопросов, ни просто отказа не последовало. Его пугало именно это. А оказалось так все просто. Потом она просто открыла дверь, посмотрела на него своими такими необыкновенными глазами, в которых был один вопрос: «Что случилось?» Именно так. Ее взгляд беспокоился за Григория, взгляд понимал, что не просто так он появился здесь, что-то случилось.
— Извини, бумажник украли. Мне не на что уехать из вашего города.
— Сколько тебе нужно?
— Десять тысяч.
Она ушла в комнату, вернулась с деньгами, протянула их Григорию.
— Я верну! Обязательно верну!
— Не сомневаюсь… Фу! Ты что пил?
— Вчера.
— Да какое вчера, от тебя разит как от пивной бочки. Все. Подожди. Никуда ты в таком состоянии не поедешь. Не хватало еще других неприятностей. Иди в ванну. Иди, приходи в себя. Никуда я тебя не пущу.
Она вырвала деньги из его руки, и просто толкнула его в сторону ванной комнаты.
— Я уже мылся сегодня!
— Ничего, в таком состоянии лишняя ванна не помешает.
Как же у нее в квартире хорошо! Нет, у него дома тоже все хорошо, но в обустройстве ее квартиры, каждого из ее помещений была какая-то изюминка, которая располагала к неге.
— Ты ел?
— Вчера.
Она принесла ему в ванну кофе, принесла что-то из горячего, он и не понял что именно, просто съел. А ему было не стыдно лежать голым перед ней, как было стыдно в то утро. Боже мой, как она хороша, как она мила, сколько же нежности она излучает.

— Добился своего? Паразит!
Она вздохнула, легла на спину. Он придвинулся к ней поближе, и начал губами ощупывать каждый миллиметр ее кожи. Пробежался по щечкам, отметил глаза, поласкал ушки, шейка, грудь… Грудь!!!
— Погоди, я устала немного, погоди.
Лизнув полоску ряда обнажившихся зубов, когда она говорила, он припал к губам.
— Ну, пожалуйста! Подожди! И пахнет от тебя еще! Извини!
— Ты не прогонишь меня сегодня?
— Нет!
— А если я тебе скажу, что я бумажник в машине нашел. Не прогонишь?
Она повернулась ко нему, утопила его своим взглядом, тихо вздохнула, и шепотом сказала:
— Паразит!
Можно войти в одну и ту же реку дважды! Можно!
— Ты сегодня уедешь?
— Нет. Я дам телеграмму, напишу за свой счет, я не хочу от тебя уезжать. Не хочу! Не могу! У меня нет сил!

Но он уехал. Он не мог тогда прямо сказать, почему он уехал, но он обязательно скажет почему. Чуть позже. Потом. Если она даст возможность ему сказать!
Он ехал, без конца повторя про себя:
— Прости меня! Прости меня моя милая! Я не мог не уехать!
И позвонил он ей, сообщив о своем отъезде, уже тогда, когда за спиной была пара сотен километров, иначе, услышав ее голос, он бы наверняка. вернулся.

Категория: Они.  Метки:
Вы можете следить за комментариями с помощью RSS 2.0-ленты. В можете оставить комментарий, или Трекбэк с вашего сайта.
Оставить комментарий

XHTML: Вы можете использовать следующие теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>