45 views

Итоги ненужной войны. Фантазия. (10 часть.)

Автор: , 14 Окт 2020

крепость

***

Не успела с утра армия после всеобщего подъема пройти два часа, прискакал неутомимый Павлат. Он успевал везде.
– Командир! Вестовой от авангарда не прибыл!
Для связи общей колонны с передовым отрядом и арьергардом, кроме звуковых сигналов общих и сигналов тревоги, использовались вестовые. Которые каждый час отправлялись из основной колонны к направляющим армии и к ее замыкающим. Так же каждый час в колонну оттуда отправлялись свои посыльные. И вот в назначенный срок вестовой из авангарда не прибыл.
– Пошлите еще раз и не одного, троих, или даже пятерых.
– Будет сделано!
Не успел Павлат отъехать далеко от Такенхока, как впереди раздались страшные крики, как угрожающие атакующих, так и крики страха и боли испуганных и раненых. Такенхок вскочил на привязанного к повозке своего коня и рванул к началу колонны. Впереди идущие воины, огородившись щитами заняли оборону, а на них под прикрытием стрел лучников бежали с мечами наперевес его же воины. Бойцы из авангарда.
– С ума сойти! Свои же!
Каснискес одним из первых пришел в себя и уже приводил в боеготовность лучников с мощными длинными луками, могущими даже с дальней дистанции поражать врага. Павлат собирал своих бойцов для конной атаки.
– Павлат! Отставить! Давай в конец колонны. Если такое же случится с замыкающими, то они уничтожат обоз. Мы останемся и без продовольствия, и без фуража. Здесь мы сами справимся.
Ничего пока не понимающий Павлат кивнул и во весь опор поскакал в конец колонны, на ходу собирая в одно целое свой отряд.
– Каснискес, пусти им во фланги пеших мечников. Мне нужно в середину нашей армии. Я скоро!
Такенхок развернул коня и погнал его следом за конниками Павлата. Доскакал до центра колоны, где еще его воины ничего не могли понять, что там впереди происходит. Сорвал мешочек с прахом Илотабби с шеи и высыпал его над головами тех, кто был рядом. Тут же развернул коня обратно и поскакал в начало колоны.
Его воины вязали оставшихся в живых ничего не понимающих, с пустыми пятнами вместо глаз в глазницах его же солдат из передового отряда. К нему подвели раненого командира авангарда Рознаипа. Он такими же бессмысленными глазами смотрел на командующего. Ничего не пытаясь ни предпринять, ни сказать.
– В чем дело, Рознаип? Что произошло?
– А что произошло?
Один из лучших воинов его армии бессмысленно смотрел на Такенхока.
– Как ты посмел повернуть оружие своих бойцов против нас, то есть против себя же?
– Я?
Рознаип был неадекватен.
– Каснискес, вяжите всех, тех кто не ранен. Раненых перевяжите, положите на повозки, приставьте охрану. А этих, целых, перевяжите между собой и пусть идут впереди колоны. Сейчас с ними, видимо, выяснять, что произошло не получится. Потом во всем разберемся.
– Что с передовым отрядом, командир? Выставим новый?
– Я думаю, не стоит, Каснискес. Нас ждут в городе. Они не стали дробить свои силы, все собрано в один кулак в одном месте.
Прискакал Павлат.
– Что с отрядом из замыкающих.
– Да нелады какие-то. Какое-то всеобщее помешательство. Сами не знают, что хотят, не знают, что от них требуется.
– Снимай арьергард, Павлат. Построй их, и пусть дальше двигаются под присмотром твоих воинов. По-видимому, успел я, прах сделал свое дело.
– Ты о чем, командир?
– Что? Да так, Каснискес, с трудом верится, но жизнь заставляет поверить. Вперед, друг! У нас еще много трудных дел впереди!
К вечеру, что из-за стычки со своим же авангардом это получилось позже намеченного, вышли к речной излучине. Вышли к цели своей. Половиной города, зайдя в реку, перед глазами воинов армии тинков предстал Берглаф.
Так же грубо выложенные из природного камня стены крепости, как стены храма смерти Убогого Орла. Высокие, за ними практически ничего не было видно. Удивительно, но не существовало в крепостной стене даже ворот. Хотя дорога ко рву, окружающему крепостные стены, и дальше, к началу стен была. Видимо, готовясь к штурму, защитники города заложили ворота тем же камнем.
– Вот это да! – воскликнул Каснискес, – Сами себя замуровали! Теперь обратно только со стены в воду.
– Да нет, смотри, есть ворота со стороны русла реки. Так что если в контратаку пойдут, на лодках выплывать будут. – озвучил свои наблюдения зоркий Павлат.
– Командир! В боях с кочевыми племенами мы землю свою защищали, своих соплеменников, наше спокойствие и благосостояние. А за что наши солдаты будут отдавать свои жизни здесь? За святыню, которой поклоняются другие? Ни добычи в виде трофеев, ни женщин в награду за победу они не получат. Ты сам запретил грабежи и насилия. А эту шкатулку без больших жертв не вскроешь.
– Что же ты только сейчас об этом спрашиваешь, Каснискес? Почему молчал, когда мы с тобой на Родине собирали армию? Почему не задавал вопросов, когда мы планировали этот поход? Или лишь сейчас тебя одолели сомнения при виде того, что нам придется штурмовать?
– Нет. Вопросы были всегда. Не хотел сеять сомнения в твоем сердце. А теперь уже обратной дороги нет. Вот и спросил. А крепость действительно смущает. Тем более наши воины таких городов еще не брали. Их учителями будут защитники Берглафа, и вместо деревянных прутьев в наказание за плохое обучение в руках горожан будут мечи и луки, которые несут чаще не просто боль, а боль со смертью.
– Ты прав, Каснискес, ты во всем прав! У нас еще есть время до решающего штурма, будем учиться, будем готовиться, будем повышать силу духа. А отобрать у противника его знамя – это разве не эпическая победа? И те, кто этого добился, разве не герои? Много бесед было с воинами нашей армии, как со стороны хранителей веры Серебряной Звезды, так и со стороны правителей нашего народа. Ты знаешь, что основная масса нашей армии добровольцы. Они знали, на что шли! Значит, они верят в то, что наше дело правое, эта вера нам наша и поможет!
– И не только вера. Вам поможет дух падшей Илотабби! Именно он будет и защищать вас, и помогать вам.
Павлат, Каснискес и Такенхок обернулись. Позади стоял Тапроналк, монах из обители падшей Липренны. Присоединившийся с большой группой непонятно кого на землях Аинторнов.
– Нам? А вам? Вы будете отсиживаться в этом лесу?
Такенхок указал на лесную чащу, которая почти вплотную приросла к крепостной стене ниже по течению от города.
– Штурмовать город мы точно не будем, у нас другая цель. И обаятельно проведем мы время, пока вы будете брать город, в том лесу. Но не отсиживаться там будем. А готовиться ко второй части этого похода. Вам, Такенхок, я уже говорил, зачем мы сюда шли. Так что, извините, на нашу помощь здесь вам рассчитывать не приходится. И вот что еще, мы выставим посты, вокруг того места, где будем работать. Никто, кроме главнокомандующего не имеет права заходить за границы охраняемые постами. Предупредите ваших бойцов. Я не шучу. Нарушения этого правила буду караться жестоко! Удачи вам, солдаты! И нам удачи, хотя у нас другая задача!
Неподалеку стояла та монахоподобная группа мужчин, с которой Тапроналк присоединился к армии Такенхока. Монах вернулся к ней и повел группу в сторону леса. Каснискес повернулся к главнокомандующему.
– Может что-нибудь нам объяснишь, командир?
– Ничего, кроме того, что у них есть благословение от Аозабида. По всей видимости того, что мы не знаем, мы и знать пока не должны. Время покажет. Вреда от них, я верю, не будет. Ну справимся мы и без их помощи.
Прибывшая на место армия, расположившаяся на почтительном расстоянии от города на привал, готовилась к последней мирной ночи.
Такенхок с товарищами Каснискесом и Павлатом объехали почти всю армию, прислушивались к разговору, смотрели в глаза своим бойцам, ничего панического не услышали, ничего упаднического не увидели. То ли солдаты еще не понимали, что им предстояло сделать, то ли действительно дух падшей Илотабби витал над ними.

А город словно вымер. Никаких движений, никаких признаков из того, что за крепостными стенами течет пока еще мирная жизнь, не было.
Если верить всем предсказаниям, то начало штурма нужно было отложить на восьмой день текущего месяца, а утром следующего дня настал только четвертый.
Ров перед крепостью был очень глубоким и широким. Можно было использовать лестницы, для его преодоления, но времени перед главным штурмом хватало, поэтому было дано задание рабочим из обоза готовить и собирать в кучи все то, чем можно заполнить этот ров. Так же рабочие делали высокие, легкие лестницы, с которыми учились бегать, быстро ставить их вертикально, а солдаты из штурмовых отрядов учились быстро взбираться по ним вверх. Стараясь при этом пользоваться лишь одной рукой, второй они держали щит над головой.
Такенхок, Каснискес с рядом военачальников ниже рангом исследовали стены крепости со всех сторон, выискивая слабые ее стороны. Даже плавали на другой берег, и с того берега реки все осмотрели. Слабых сторон у крепостных стен не было. Не считая ворот с воды. Но большого корабля для штурма с воды здесь не построишь, и строить некому, так что об этих воротах стоило забыть. Ничего другого, кроме того, как брать крепость просто натиском с суши, не оставалось. Военачальники понимали, жертвы будут огромные, но обратная дорога без приступа была дорогой к позору.
Днем собирали камни, сушняк, валили деревья, ночью под прикрытием огромных щитов таскали все это в ров. А вот по ночам иногда город давал знать о себе. Выходили на стены камнеметчики и лучники, забрасывали факелами, камнями и стрелами большие тени, двигающиеся по земле по направлению к городу. Но все это было как-то несерьезно. Словно тоже тренировались. Но были уже первые жертвы. Раненых лечили, погибших неподалеку от лагеря хоронили.
Выставили на позиции для пристрелки лучников с длинными мощными луками. Но без защиты пристреляться не получилось. В ответ полетели камни и стрелы. Так же не обошлось без жертв, начали строить и нечто в виде высокого прочного плетня для дальних лучников. Лучники снова приступили к пристрелке.
Выкатили немногочисленные камнеметные машины, отвоеванные в свое время у аилторнов во время военных конфликтов с ними. Попробовали их на деле. Против стен их применять бесполезно. Если только чуть позже подкатить машины поближе и забрасывать камнями город за стенами. Какой – никакой урон можно принести, да и на нервы эти монстры могли подействовать защитникам города. Подходящих камней было много, но Такенхок приказал пилить толстые бревна на чурбаки в виде снарядов для машин. Кто его знает, сколько может продлиться осада, и хватит ли на все ее время камней.
К последнему дню намеченного штурма рабочие обоза в нескольких местах забросали ров доверху. Сплели из лозы маты, и если их набросить сверху на вакханалию из камней, земли и древесины во рву, по ним легко солдатам можно было перемахнуть через ров. Немного подумав, Такенхок приказал рабочим строить плоты.

About the author

Аватар

Комментарии

Ваш отзыв