179 views

Беременность не болезнь.

Автор: , 09 Июн 2018

больной зуб

Кабинет доктора Пилса был очень похож на кабинет провинциального врачей глубинки России второй половины двадцатого века. Так приемные подобных врачей увековечили неоднократно в старых отечественных кинофильмах. Антикварный, тяжелый стол с толстым стеклом на столешнице, стакан с авторучками, карандашами и стопкой бумаги на нем. В углу у окна стоит стеклянный шкаф с великим множеством пузырьков и упаковок с лекарствами, или их муляжами. Кушетка у стены рядом со шкафом, полузакрытая передвижной ширмой.
На стенах яркие плакаты. В глаза сразу бросаются два, висящие непосредственно над столом. Банально изображенная смерть замахнулась своей безжалостной косой над головами обнявшихся обнаженных мужчины и женщины. Сочная надпись — «Осторожно СПИД!» буквально резала глаза.
Второй не столько яркий, но не менее устрашающий.Сигарета, дым которой петлей стягивает легкие человека и три буквы, как подпись — «РАК».
Внешний вид кабинета своим оформлением настроение у посетителей однозначно не поднимал, а вот облик хозяина данного помещения говорил, что его данная обстановка совсем не угнетала.

Из-за стола, навстречу, вошедшему в кабинет, посетителю вышел невысокий, крепкий телом, с лицом интеллигента в десятом колене, с широкой улыбкой отпетого оптимиста мужчина.
— Доктор Пилс? — утвердительно спросил вошедший, — мы с вами условились сегодня на четыре часа после полудня.
— Да, да! Я доктор Пилс. Историк медицины. А вы, как я понимаю… Извините! Не понял чем вы занимаетесь.
— Я Сергей Богатищев. Занимаюсь редким и не совсем престижным сегодня делом, я пишу.
— Снова не понял! Что вы делаете?
— Я писатель. Немного, можно сказать, где-то даже ваш коллега. Писатель-историк.
— Писатель — это тот, кто придумывает книги?
— Вообще-то говорят, писатель пишет книги, конечно же сочиняя их, придумывая. Вот именно этим делом я занимаюсь.
— Вы меня, молодой человек, еще раз извините, за мою, мягко сказать, непросвещенность, я сам, в связи со своими работами, часто имею дело с древними и не столь древними рукописями и книгами, но вы, как я понимаю, пишите просто для обычного человека, то есть как бы это яснее выразиться… Ну не с научными целями. И что же? Ваши книги читают?
— Вы знаете, общество возрождения литературного искусства, членом которого являюсь и я сам, в последнее время проделало огромную работу. И если, люди нашего с вами возраста практически не находят времени на чтение, то среди детей и стариков книги становятся все более популярными в последнее время. И на Весте, и на Луне, и на Марсе было установление с десяток новых, современных автоматов по производству книг. Думаю, что наша древнейшая профессия в ближайшее время не вымрет. По крайней мере очень надеюсь на это. И вы, я смотрю, пользуетесь обычной бумагой и автоматической ручкой при письме?
— Да ну что вы? Это все бутафория! — Пилс улыбнулся, — На бумаге я иногда, по настроению чертиков рисую, птичек. Или, как говорили дети в прошлом, коляку-маляку. Речевой фиксатор куда удобнее и производительней. Ну так я вас слушаю, коллега! С чем вы ко мне?

Доктор улыбнулся. А посетитель помолчал немного, собираясь, видимо, с мыслями, потер пальцами высокий лоб.
— У меня к вам несколько необычное дело, доктор. С чего бы мне начать? Понимаете?! Я в своих книгах не стараюсь затрагивать каких-то глобальных исторических фактов, всемирноизвестных личностей. Герои моих книг простые, обычные люди, разные люди, с их различными характерами, разными судьбами, разнообразным бытом. Правда условия в которые я их помещаю не всегда ординарны. Именно сейчас я работаю над книгой, герои которой живут в период одной из самых страшных, вообще-то самой страшной войны в истории Земли. Так вот. В прошлом году, в Центральной Европе был найден небольшой ящичек, что-то вроде шкатулки, где среди множества различных мелочей была стопка писем. Эти письма, вернее их копии, по чистой случайности попали ко мне. Одним из героев моей новой книги я решил провести автора этих самых писем. Этот человек пишет с восточного фронта своему брату домой. Его брат к тому времени, как я из тех же писем понял, уже отвоевался, потерял на передовой ногу и оказался непригодным к дальнейшей воинской службе. Так вот, в том письме мой герой сообщает брату, что у него четыре дня мучительно болел зуб. А когда он доведенный зубной болью до изнеможения, наконец решился его удалить, местный стоматолог, разбуженный среди ночи, спросонья так долго готовился к операции, что чуть было от своего пациента не получил пулю в живот. Далее солдат с фронта пишет, мол, он согласился бы еще раз удалить осколок снаряда из предплечья, по-видимому, такую операцию мой герой ранее уже испытал на своей шкуре, нежели еще раз удалять наболевший зуб.
— Да, интересно. Рассказ занимательный. Я думаю, что выкрою между своими делами и заботами время, чтобы прочитать вашу книгу о больном зубе. Только вот я не понял, чем я могу быть вам полезен?
— Книга моя, скажем так, совсем не о боле зубной. Этот случай будет лишь крошечным эпизодом в ней. А вас хотел попросить, можете мне помочь вот в чем? Мне нужно, чтобы у меня на некоторое время заболел зуб! Мне нужно испытать на себе, что такое зубная боль.
— Да?! Очень интересно! А не подскажете, зачем вам это?
— Понимаете?! Мы сегодня, благодаря достижениям науки, с их защитной биологической оболочкой с минуты рождения застрахованы от любого вида болезней, за исключением некоторых травм при несчастных случаях. А мне хотелось бы побыть в шкуре своего героя. Хотел бы я точно понять, что действительно эта маленькая костяшка во рту может вызывать такую боль, так опутывать человеческий разум, что человек готов всадить пулю в живот другому человеку лишь за то, что он лишних пять минут готовился к операции. Чем это объяснить? Особенностями человеческого характера? А может быть влияние зубной боли действительно таково. Наверное, это выглядит чудачеством с моей стороны. Пусть будет так. Но мне не хочется разочаровываться в своем герое. До этого письма он человек, ведет себя, как нормальный человек, и вдруг его зубная боль по своей значимости приравнивается к человеческой жизни другого человека.
— Занятно, знаете ли! Очень занятно! А если вашему герою по вашему же сюжету отрубили бы голову, или сожги бы его на костре, в такие вещи происходили в нашей истории, вы бы тоже захотели испытать подобные чувства? Я, к примеру, понимаю медиков из прошлого, прививавших себе смертельные болезни, чтобы испытать на себе противодействующие препараты, вакцины, но…
— Я же не прошу вас привить мне что-нибудь из этого! — Богатищев показал рукой на плакаты, висящие над столом, — Всего только лишь зуб! Сделайте так, чтобы он заболел сначала, а потом удалите его! Неужели нынешние медики бессильны сделать даже такую ерунду?!

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЗДЕСЬ

About the author

Комментарии

8 комментариев на Беременность не болезнь.”

  1. Галина Скударёва Галина Скударёва:

    Я бы многое могла рассказать о зубной боли…

  2. Татьяна Смольянинова Татьяна Смольянинова:

    Из такой больной темы и такую интересную историю сделать! И ведь верится!

Ваш отзыв