42 views

Итоги ненужной войны. Фантазия. (16 часть.)

Автор: , 19 Окт 2020

Берглаф

***

Подъехал Павлат. По всей видимости он уже знал о том, что Такенхок отпустил Тапроналка с посохом. Был угрюм и зол.
– Ваш приказ выполняется!
«Ваш»? На вы перешел!
– Что с Каснискесом и Рознаипом.
– Рознаип погиб, Каснискес ранен.
– Тяжело?
– Нет! Еще повоюет.
– Как погиб Рознаип?
Павлат поиграл желваками.
– Они без проблем доплыли и до ворот и до участка стены с проемом с другой стороны, Вынырнули в канале. Клафидов не было ни там, ни на другом конце канала. Может быть, после того, как они видели, что их подкрепление ночью уничтожили, они оставили там посты. Наши пловцы вылезли на берег, но подняться на стену после начала нашей атаки снаружи было проблематично. Здесь, на площади, и на вдоль стены изнутри было очень много воинов из защитников крепости. Тогда Рознаип с сотней своих бойцов, отвлекая внимание на себя, атаковали клафидов. В общем пока их клафиды уничтожали, другие пловцы из его команды сумели забраться на стену, посеять там смуту и панику, что решило исход нашей лобовой атаки на крепостные стены снаружи. А Рознаип и его сотня погибли. За что они погибли?!
– Хватит распускать сопли, Павлат! Сколько сейчас времени?
– Без четверти семь.
– Через десять минут ты, и человек тридцать твоих всадников, хорошо владеющие оружием не только с коней, но и с земли, должны быть здесь.
– Зачем?
– Через десять минут!
Павлат уехал. Такенхок сел на ступеньку. Множество мыслей бороздило его мозг, но не было среди них таких, которые бы вселили в главнокомандующего чувство великого удовлетворения от одержанной ими победы. И ожидание того, что может произойти через десять – пятнадцать минут, не было наполнено уверенностью в правоте собственных предположений.
А может сам Убогий Орел и его посох просто красивая легенда? И то, что унес Тапроналк – атрибут этой легенды? Ничего другого нет!
Подъехал Павлат со своими конниками. Спешились. Стоят, внимательно, но с некоторым недоверием смотрят на командира.
Такенхок встал.
Поднял голову к небу. Потом опустил глаза вниз.
– Тень?
– Что? – переспросил Павлат.
– Куда падает тень от звезды на шпиле храма?
– А причем здесь тень?
– Смотрите, куда падает тень от звезды!
Павлат и его воины с тем же недоумением смотрели на командира. А тот встал, и пошел по тени от храма.
– За мной!
Переглядываясь, в сомнении пожимая плечами, пешие конники двинулись следом за командиром. Пришлось пройти пару переулков, обогнуть несколько зданий, прежде чем найти то, что искал Такенхок. Небольшое, приземистое здание. Крепкая массивная дверь. Отсутствие окон.
Такенхок постучал в дверь. Тихо с обратной стороны. Постучал сильнее. Так же без ответа. Да кто же откроет, если в городе враг.
– Ломайте!
Плечами вышибить дверь не удалось. Рядом был жилой дом с навесом над входной дверью. Навес опирался на камни. Один камень был длинным, похожим на колону. Конники бросились к навесу, выбили камень из-под него, и с ним наперевес, разбежавшись протаранили неподдающуюся дверь здания. Та не выдержала такого удара, переломилась на четыре части. Такенхок, за ним Павлат, потом воины осторожно вошли в проем, двинулись по темному коридору. В конце коридора еще одна дверь. Такенхок толкнул ее. Она распахнулась. За ней большая полутемная комната. Но был хорошо виден находившийся посреди помещения камень, и стоящий перед ним воин в доспехах. В одной руке он сжимал меч, во второй держал нож.
– Ты кто? – громко спросил Такенхок
– Хранитель?
– Того, зачем мы сюда пришли?
– Да!
– Нам не нужна твоя жизнь! Уходи! Мы все равно возьмем то, за чем пришли.
– Нет! Мне тоже не нужны ваши жизни. И вам ничего здесь не нужно. Это принадлежит нам, и я хранитель.
– Если это принадлежит только вам, то оно к вам обязательно вернется. Но сейчас мы не можем уйти домой ни с чем. Уходи!
– Нет!
– Силен воин! Даже под доспехами мышцы видно. Разреши я его возьму, командир!
– Нет, Павлат. Я сам. Забирай свою команду и идите на улицу. Вы здесь мне не нужны.
Павлат сделал отмашку, его воины ничего не понимая двинулись к выходу.
– Я не уйду! Я останусь с тобой!
– Тогда стой здесь и не вмешивайся.
– На тебе даже слабенькой кольчужки нет, командир, а он в доспехах. Силы не равны!
– Равны. На меня есть доспехи хоть ты их и не видишь.
Глаза привыкали к темноте, и можно было уже различить черты лица хранителя. Мужественное лицо. Плотно сомкнутые губы, большой нос, это все, что можно было разглядеть из-под шлема.
– Не храбрись! Я так понял, ты командир всего этого войска, что пришло с бедой к нам. Ты еще нужен будешь свои солдатам. Спусти на меня все свору всех своих псов сразу. Все равно в конце концов этим и закончится.
– Не горячись. Сначала одолей меня одного.
Такенхок сделал несколько шагов к хранителю, выкинул вперед руку с мечом, чуть поднял ее вверх. Хранитель, не увидав ножа на поясе соперника, отбросил свой нож в сторону. Сделал пару шагов и концом своего меча коснулся меча противника, давая понять, что он готов к бою. Соперники опустили мечи, и стояли гладя в упор в глаза друг друга. Вдруг, сделав обманное движение корпусом, хранитель попытался нанести колющий удар противнику. Отбив этот демонстративный укол, Такенхок нехорошо скривился в непонятной улыбке. Колющий удар мечом мог нанести или дилетант в подобных поединках, или считающий за такового своего соперника, или же не желающий нанести смертельной раны врагу. Все это было совсем не по душе главнокомандующему. Но поединок должен состоятся в любом случае. Он для разогрева поиграл своим оружием, сделал несколько отвлекающих движений, и попробовал сам нанести удар по окованному железом плечу Хранителя. Нет. Дилетантом тот однозначно не был. Он мастерски парировал этот удар, после чего режущим ударом достал до левого бока Такенхока. Удар был не страшным, но все-таки рубаха Такенхока на левом боку окрасилась в цвет крови. Это не расслабило главнокомандующего и не остудило его, наоборот появился азарт. После пары его отвлекающих пассов он нанес серьезный удар по левой руке хранителя, и тут же вторым ударом на левом же плече прорубил доспехи, что, как и в первом случае окончилось только сильным ушибом.
Соперники ходили вокруг друг друга, изредка решаясь на отдельные выпады, и после них одежда главнокомандующего уже в нескольких местах алела, а левая рука хранителя висела плетью, из-под шлема его текла по лицу кровь. Он скинул шлем, волнистые светло-русые волосы так же были в крови.
Пятясь немного назад под напором хранителя, Такенхок неловко поставил ногу, ступня подвернулась, он присел на эту ногу, ловя равновесие, отвел от себя меч, предоставив себя беззащитным противнику. Резкий взмах, и меч хранителя летит на голову Такенхока. Павлат чуть не вскрикнул от предчувствия страшной беды, в его груди похолодело, защититься от этого удара не было возможности. Но в последнее мгновение, Такенхок упал на колени, почти завалился на бок, и разящий меч противника просвистел рядом. Хранитель же, войдя в раж, вложил все свои силы в этот удар. Сила инерции потащила его вперед, а Такенхок был уже на ногах. Он, недолго думая нанес мечом удар по голове хранителя. Тот сел сначала на колени, потом упал лицом в пол. Такенхок подошел к камню, устало оперся на него. Глянул в сторону Павлата. Тот сиял от гордости за командира.
– Чего смотришь? Свяжи его.
– Как связать? Таким ударом коню голову отрубить запросто можно.
– Я плашмя ударил. Надеюсь, что будет жив.
Пока Павлат вязал хранителя, главнокомандующий снял с камня футляр. Рассматривал его в своих руках. Подошел Павлат.
– Это что?
– Посох, этот наверняка тот самый, настоящий. Первый был подделкой.
– Вот как? Покажи хоть его!
– Не только покажу, но и в руки его возьму. Я обязан это сделать. А вот тебе потрогать не дам. Не положено.
Такенхок открыл футляр. Кривой, мало похожий как на посох так и на рубящие оружие, это действительно был он. Посох, родившийся сам собою в пещере, просто не мог быть другим.
Такенхок достал его из футляра, поднял над головой.
– И зачем он нам? Зачем он Ди Мейну? Зачем он жрецам Серебряной Звезды? Зачем столько крови мы пролили ради него? Хотя и для нас он святыня. Не поднял бы восстание Накней, глядишь до сих пор бы были в рабстве кочевых племен. Пойдем Павлат. Пусть твои воины заберут раненого, отнесут в расположение нашей армии, и пусть лекари ухаживают за ним, как ухаживали бы они за мной.

About the author

Аватар

Комментарии

Ваш отзыв